Воронеж. Новости региона ВОРОНЕЖ
новости региона
 


Версия для печати

Новости региона

Юрий Магдиев: В российском футболе часто хотят все и сразу

01.09.2011
Источник информации: OneDivision.ru
Адрес новости: http://onedivision.ru/articles/type-3/item-243931-yuriy-magdiev-v-rossiyskom-futbole-chasto-hotyat-vse-i-srazu



Имя Юрия Магдиева широкому кругу любителей отечественного футбола, пожалуй, не скажет ни о чем. А между тем этого дагестанского футболиста прекрасно знают в Туркменистане, где он провел большую часть игровой карьеры и был капитаном сборной этой страны и ведущего клуба "Копетдаг". Воспитанник ашхабадского футбола оставил о себе добрую память и в нескольких городах России, Казахстана, Украины, Армении, Белоруссии. В богатой футбольной биографии Магдиева нет только выступлений за дагестанские клубы. Зато его биография тесно связана с исторической родиной, где он поселился после окончания карьеры игрока и с этого года работает в тренерском штабе "Дагдизеля".

Юрий Загирбекович Магдиев родился 2 декабря 1971 года в Ашхабаде. Играл на позициях опорного хавбека и центрального защитника. Выступал за туркменские клубы "Ахал", "Небитчи", "Ниса", "Копетдаг", украинские "Кремень" (Крменчуг) и "Ниву" (Тернополь), российские "Кристалл" (Смоленск) и "Содовик" (Стерлитамак), белорусскую "Дариду", казахский "Тараз" и армянскую "Мику". Неоднократный чемпион Туркмении и обладатель Кубка этой страны, обладатель Кубка Армении и Казахстана. Играл за сборную Туркмении, в ее составе участвовал в Азиатских играх и отборочных турнирах чемпионатов мира, был капитаном сборной. Входит в число ста лучших футболистов Туркмении всех времен.

Окончил с красным дипломом Туркменский институт физкультуры, выпускник Высшей школы тренеров в Москве. Тренировал воронежский "ФСА", с которым выиграл зональный турнир КФК и вышел во вторую лигу. Ныне работает в тренерском штабе каспийского "Дагдизеля". Живет в Махачкале, воспитывает двоих детей.

НЕПОМНЯЩИЙ МЕНЯ ЗАБРАКОВАЛ

– В Средней Азии и России меня больше знают, чем здесь, в Дагестане – рассказывает о себе Магдиев. – В последние я годы окунулся в дагестанскую жизнь. Отсюда и сейчас все едут на заработки. То же самое случилось и с отцом в свое время. Он служил в Германии, а после армии приехал в Дагестан, а тут набиралась стройбригада для работы в Ашхабаде. Он поехал, ассимилировался, закончил там институт, устроился главным инженером на завод, женился. Мама у меня русская, родилась и выросла в Ашхабаде.

Отец был серьезным, молчаливым, жестким человеком – типичным дагестанцем. Не одобрял мое увлечение футболом. Но позже, когда увидел, что это небесполезное занятие и что у меня получается, стал относиться к футболу гораздо теплее.

В профессиональном футболе я дебютировал довольно поздно. Мне было 22-23 года. Дело в том, что в юношеские годы я не считался перспективным игроком, хоть и занимался в ведущем ашхабадском футбольном спецклассе, куда меня позвал покойный ныне Михаил Смушкович. Кстати, Владимир Костюк, который при Эдуарде Малофееве играл за "Анжи", тоже из этого спецкласса. В Туркмении равных нашей команде не было. Наше поколение выпускал Валерий Кузьмич Непомнящий, ныне главный тренер "Томи". Очень интеллигентный мужик, всегда старался помочь всем ребятам. У нас с ним состоялся разговор. Непомнящий не видел во мне перспективного игрока: "Ты должен через голову прыгнуть, чтобы улучшить игру. Юра, футбол оставь вот этим пацанам. А сам иди в гуманитарии". Учился я тогда великолепно, а футбол у меня как раз "хромал".

Позже, пройдя обучение в Высшей школе тренеров, я понял, почему Кузьмич все же ошибся в отношении меня. Во всех ведущих клубах Европы с юношами подписывают контракты до 23 лет. Как доказали физиологи, до этого возраста идет развитие всех качеств. До 22 лет человеку чего-то может недоставать, а за один год у него может случиться прибавка во всех компонентах. Поэтому большие клубы и не продают своих пацанов, заключают с ними длительные соглашения, отдают в бесплатную аренду, но насовсем не расстаются. Исполняется игроку 23 года, и, если нет никаких сдвигов в его игре, с ним разрывают контракт или продают. Основная масса игроков нынешней сборной России практически не выступала в юношеских и молодежных сборных. Они это "сито" не прошли, шли по своему пути. Футбол в этом плане совершенно непредсказуем.

И хотя Непомнящему почти удалось убедить меня завязать с футболом, я продолжал играть. Ездил в другой конец города на тренировки таксистов, которые привлекли меня в свою команду, выступавшую в первенствах города и республики. Попал к настоящим мужикам. Тренировочного процесса как такового не было. Все заменяла двусторонка. Вот там я закалился, возмужал. Пришла уверенность, что могу выступать на неплохом уровне. Да и таксисты, среди которых были люди, поигравшие в профессиональных клубах, убеждали меня: "Парень, ты должен играть".

ИЗ ИНСТИТУТА – В БОЛЬШОЙ ФУТБОЛ

– В свой первый профессиональный клуб – "Ахал", выступавший во второй лиге чемпионата СССР, – я попал из команды Туркменского государственного института физкультуры и спорта, в котором учился. Кстати, моим куратором в институте, а по совместительству и тренером студенческой команды был земляк Ахмед Ахмедович Абдулкадыров, который сейчас также работает в Махачкале.
"Ахал" был студенческой командой. Вот туда меня и порекомендовали из института. Так я попал, что называется, в струю, и – завертелась. "Небитчи", "Ниса", "Копетдаг".

Из "Нисы" меня привлекли в сборную Туркменистана. За нее я впервые сыграл в отборочных матчах в 1996 году. Тогда ее костяк составляли игроки "Копетдага". Нас было только двое из "Нисы". Я понравился главному тренеру сборной Джамалу Сергеевичу Гугушвили. Понравился тем, что копетдаговские ребята на меня шипели, но я все же пробился и играл в основе.

Гугушвили даже закрыл чемпионат страны, чтобы сборная готовилась к отборочным играм и футболисты не отвлекались на выступление в клубах. Тогда можно было сделать и такое. Туркменские команды вынуждены были довольствоваться товарищескими играми и различными мелкими турнирами. А мы восемь месяцев не вылезали со сборов, ездили по миру, играли товарищеские матчи.

ОПЕКУН СТОИЧКОВА

– Больших результатов сборная Туркменистана не добивалась. Были лишь какие-то локальные успехи. Сборную Ирана обыграли в Тегеране, что никому не удавалось на протяжении более 15 лет. Дважды выиграли у Иордании, чем сильно помогли команде Узбекистана. У узбеков в том году был великолепный шанс оказаться на финале чемпионата мира. Южная Корея и Япония – два гранда азиатского футбола – попадали на чемпионат напрямую как хозяева. Их не было в отборочном турнире. Я не знаю, что у узбеков не заладилось, но в итоге вроде и деньги приличные они под это дело тратили. Да и состав у них был хороший. Владимир Маминов, Олег Пашинин за них играли тогда, а командой руководил Владимир Сальков. Приличная "банда" собралась, но на чемпионат мира они так и не попали.

На Азиатских играх в Бангкоке мы потом обыграли свежеиспеченных бронзовых призеров того чемпионата мира – сборную Южной Кореи. Причем после первого тайма мы уступали 0:2, а в итоге выиграли – 3:2. После победы над корейцами мы сильно в рейтинге поднялись. Помню, на CNN наша победа была спортивной новостью дня, выйдя под заголовком: "На футбольной карте мира появилось новое государство".

Вы завоевали много титулов в составе различных клубов на внутренних соревнованиях. А на международной арене в составе клубов удавалось вам добиваться успехов?
– С "Копетдагом" выходил в полуфинал Кубка кубков Азии. Кстати, в рамках этого турнира довелось поиграть против Христо Стоичкова. Он тогда как раз из "Барсы" ушел, и его на два матча привлек "Аль Насср", клуб из Саудовской Аравии. За один только приезд ему заплатили 250 тысяч долларов. Ну, он великий игрок, конечно. Во всех отношениях. Слов нет. В то время у него и скорость была отличная, и мышление. Меня выпустили "под него" с задачей сковать, не давать принимать ему мяч. Он моментально прочитал эту ситуацию, опустился глубже. Я пошел за ним. И наши тылы оголились.

CRAZY RUSSIAN

Какие еще матчи вам запомнились?
– В 1997 или 1998 году "Копетдаг" играл в Ираке в рамках азиатского клубного чемпионата. Иракский клуб ВВС, который курировал сын Саддама Хусейна Удэй, преодолел несколько стадий турнира, не играя, поскольку к ним отказывались ехать соперники из-за сложной обстановки. В Багдаде ждали приезда генсека ООН Кофи Анана, решался вопрос – будут бомбить Ирак или нет. Кругом стояли зенитки, а журналисты из CNN, пришедшие на нашу тренировку, кричали нам: "Crazy Russian!"
Мы обыграли ВВС. Они были крайне удручены тем, что вылетают из турнира, говорили, что теперь Удэй будет их бить. Не знаю, насколько буквально следовало понимать эти слова. Тем не менее, в Ираке нас приняли очень тепло и поблагодарили за приезд.

Кстати, очень похожая была ситуация и в Курган-Тюбе. Тогда в Таджикистане шла война, и в гости к местной команде никто не ездил. Когда мы приехали, все очень благодарили нас и удивлялись нашей смелости. Хозяин команды – этнический узбек Худайбердыев, он же местный полевой командир – пригласил нас к себе. Мы возложили цветы на могилы жертв войны. После нашего отъезда город был обстрелян. Не знаю, правда ли, но говорят, что обстрел откладывали из-за футбольного матча.

В "АНЖИ" ПРОСИТЬСЯ НЕ ХОТЕЛ

В туркменском футболе, наверное, небольшие деньги?
– Сейчас да. Были времена, когда в него вкладывались очень солидные капиталы. Нас, ребят из "Нисы", "Копетдага", ведь звали в первый российский дивизион, в премьер-лигу. Никто не ехал, всех и так все устраивало. В том же "Копетдаге" каждый год в финансовом смысле был прогресс, увеличивался бюджет.

За российским футболом из Туркмении следили?
– Еще бы! Вся Туркмения болела за "Анжи" и за "Рубин". Обе команды из мусульманских республик, к тому же казанцев уже давно возглавляет туркмен Курбан Бердыев. Мне довелось провести два матча против "Анжи" и один против махачкалинского "Динамо". С "Анжи" первый раз встречались в Эмиратах. Я тогда играл за "Копетдаг", выступал на позиции опорника, играл против Нарвика Сирхаева. Тот товарищеский матч мы тогда не закончили. После 0:0 в первом тайме на поле произошла потасовка, и было решено встречу не доигрывать. Но позже, уже в гостинице, где жили обе команды, мы помирились.

Против махачкалинского "Динамо" я играл в составе "Содовика" в Турции. Та игра закончилась со счетом 1:1. Второй раз против "Анжи" я выступал уже в составе смоленского "Кристалла". Тогда главным тренером "Анжи" был Гаджи Гаджиев, впереди играли Шамиль Лахиялов и Будун Будунов, в середине поля были такие игроки, как Руслан Агаларов, Омари Тетрадзе, Ренат Ямбаев. 0:0 тогда сыграли.

Не возникало желания приехать в Махачкалу, играть за "Анжи", за "Динамо"?
– В 1998 году мы приехали в Махачкалу с отцом сватать мою будущую жену. Отец хотел, чтобы я женился на односельчанке. Он со мной на эту тему очень серьезно поговорил. Мы приехали сюда, засватали девушку. Я тогда был в расцвете футбольных сил, у меня все получалось, чувствовал себя великолепно. "Анжи" тогда как раз принял Гаджиев. Оглядываясь назад, думаю, может, я и подошел бы команде. Все-таки игрок национальной сборной, дагестанец. Наш родственник занимал какую-то должность на стадионе "Динамо". Так вот, через него можно было выйти на Гаджиева. Отец уговаривал воспользоваться этим шансом, но я отказался: "Давай без этих кавказских штучек". Я был уже самодостаточным человеком, а проситься на просмотр – дурной тон. Агента, который бы занимался всеми этими делами, контактами с клубами, у меня не было Может, тогда меня все устраивало в Ашхабаде, и поэтому я не проявил особой активности в вопросе перехода в "Анжи". Кроме того, у меня был действующий контракт с "Копетдагом", и бесплатно в "Анжи" меня, ясное дело, не отпустили бы.

СВЫШЕ КТО-ТО РЕШИЛ, ЧТО ПОРА ЗАКАНЧИВАТЬ С ФУТБОЛОМ

Почему вы приняли решение об окончании карьеры?
– Закончил играть в 2004 году, хотя продолжал бы и дальше.Никогда серьезных травм не было, а под конец карьеры вдруг получил травму мениска, пришлось операцию делать. Причем получил я травму чуть ли не в курьезной ситуации. Видать, свыше кто-то решил, что пора мне заканчивать. 5 сентября у меня как раз первый ребенок родился. А 8 или 9 сентября "Мика", в которой я завершал карьеру, должна была играть за первое место с "Пюником". Два заклятых врага. Я звоню главному тренеру Армену Адамяну: "Пацан родился. Пять лет ждали. Отпусти домой". Он говорит: "Чего ты сейчас туда поедешь? Жена все равно в больнице. Матч отыграй и езжай". И вот, 15 минут отыграл в том матче и на ровном месте травму получил. С левой ноги выносил мяч – и треск. "Полетел" мениск. Прооперировали меня в Ереване. Потом я захотел очень быстро заиграть, но на сборах колено опухло. Обратился к медикам "Рубина" через Курбана Бердыева , который тоже находился в Турции на сборах. Они дали мне рекомендации, но не смогли дать гарантий, что смогу играть. Я Адамяну объяснил ситуацию, он предлагал остаться в команде – "подурить". Но я решил закончить.

БЕРДЫЕВ ЗАСТАВИЛ БЕГАТЬ СПИНОЙ

С кем из выдающихся тренеров вам довелось поработать, будучи игроком?
– Курбану Бердыеву очень благодарен. Я в свое время получил предложение от новороссийского "Черноморца", выступавшего тогда в премьер-лиге. Главный тренер команды Сергей Андреев просмотрел меня и Владимира Байрамова, который потом за "Рубин" выступал. Я так понял, мы с Вовкой понравились Андрееву. Потому что остальных новичков отсеили, а нас оставили. И вот сидим на базе, Вовка в один день говорит: "Юра, я поеду в Смоленск, меня Курбан зовет". А я остался. И тут звонок на базу, Бердыев говоритмне: "Юрок, тебя сейчас подпишут, и будешь по арендам мотаться. А я тебе гарантирую здесь место. Это не "вышка", но будешь играть постоянно". И я отправился в смоленский "Кристалл" к Бердыеву. А "Черноморец", кстати, в том году вылетел из премьер-лиги. С Бердыевым в "Кристалле" я проработал недолго – всего шесть туров. А потом ему поступило грандиозное предложение от президента "Рубина" Камиля Исхакова.

А откуда вас Бердыев знал?
– Еще по Ашхабаду. Он очень долго за мной гонялся там, чтобы я играл за его команду - "Нису". Еще до его прихода я капитанствовал в "Нисе", и "Копетдаг" меня переманил к себе. Этот переход в обычной ситуации никогда бы не состоялся, но я таким образом отреагировал на поведение президента "Нисы" по отношению ко мне. У меня, когда я еще был в "Нисе", возник хороший вариант в Китае. А из-за президента "Нисы" трансфер не получился. Помню, я на него был сильно обижен. Тут как раз из "Копетдага" ко мне люди подошли, начали зазывать. И я перешел, при том, что между двумя этими клубами война. В итоге теплые отношения с президентом "Нисы" все равно остались. Я ему свою точку зрения сказал: "Ты мне просто карьеру загубил. В 27 лет я бы уехал в Китай и тебя до конца жизни благодарил бы. Потому что, если бы туда попал, на всю жизнь заработал бы. А ты меня не пустил туда не из-за того, что не захотел, а из-за собственной безалаберности". Китайцы меня приметили в Москве, когда мы играли с московским "Спартаком" на Кубке Содружества и проиграли по пенальти.

Если говорить о Бердыеве, то лучше всего его как тренера, мне кажется, характеризует то, что многие игроки были готовы где-то проиграть в деньгах, лишь бы попасть к нему в команду. В итоге им это все равно на пользу шло. Поиграв у Бердыева год, эти футболисты серьезно прибавляли в игре и получали гораздо более выгодные предложения, чем те, которых могли бы добиться, играя под руководством другого наставника.

Я в Смоленск к Бердыеву попал уже в 30 лет. Казалось бы, поиграв столько времени, о футболе должен знать многое. Но Бекиевич сделал мне два замечания и поверг меня в шок. "Если не научишься бегать спиной (это важно при игре "в линию") и не начнешь заниматься координацией, играть у меня не будешь . Будешь на лавке сидеть", – сказал он. Это было для меня откровением. Многие тренеры вообще не обращают на это внимание.

ОВЧИННИКОВ – ТРЕНЕР-ЛЕГЕНДА

– Если говорить о тренерах, с которыми удалось поработать, я бы выделил великого по российским меркам специалиста – Валерия Овчинникова. Человек-легенда. Мне с ним в "Содовике" довелось поработать. Я в Стерлитамак ехал к другому тренеру. Приехал, а там смена в тренерском штабе – назначили Овчинникова. Я к нему в кабинет захожу, спрашиваю: "Ну что, мне собирать вещи, уезжать сразу?" "Нет, зачем? – удивился он. – Сейчас поглядим на тебя". Поглядели, понравились друг другу. Овчинников – человек слова, как я смог убедиться, и великолепный психолог. И для ребят, которые действительно играют, пашут – он для них горы свернет. Научиться у него можно многому. А как он умел с президентами разговаривать! Мы ни в чем не знали отказа. В Стерлитамаке добился того, чтобы газету "Спорт-Экспресс" команда получала в день выхода, а не через двое суток, как по всей республике. Всем спутниковые антенны поставили на базе, питание было на высшем уровне. Он это "болото" всколыхнул – пришел и профессионально расставил все по местам. Чартеров добился: "Команда задачу хочет решать, а вы на автобусе ее гоняете". Он поднял зарплату не только игрокам, но и всему обслуживающему персоналу.

Я Овчинникова последний раз видел в Турции, куда ездил на стажировку во время учебы в Высшей школе тренеров. Обнялись, поговорили. "Где ты? Чем занимаешься?" – спросил он. "Да вот, на тренера учусь. А вы?" "А я что? Кофе пью, выгляну в окошко – тренируются, ну и хорошо". Он нынче президент эстонского клуба "Левадия".

В РОССИЙСКОМ ФУТБОЛЕ ЧАСТО ХОТЯТ ВСЕ И СРАЗУ

Как вы пришли в тренерскую профессию?
– Так как я капитанствовал в свое время, меня спрашивали, не собираюсь ли я и тренером стать. В один день пришел домой и подумал: "Ну что я могу сделать? Профутболил всю молодую жизнь, и образование физкультурное". С женой посоветовался и решил поступать в ВШТ.

А как возник вариант с "ФСА"? Вы ведь в Воронеже сами не играли и, по всей видимости, знакомств там не было.
– Один воронежский бизнесмен вдруг загорелся идеей реанимировать "Факел". И главный критерий у него при поиске главного тренера был такой: это должен быть молодой специалист не из Воронежа. Воронежские тренеры, по его мнению, погрязли во всех смертных грехах. По цепочке знакомств вышли на меня, человека, который соответствовал критериям и к тому же был безработным. Мы – президент клуба и я – друг другу понравились. Команду я принял в конце марта прошлого года. К тому времени уже всех игроков клубы разобрали, а мы еще сразу собрались решать задачу повышения в классе. "На флажке" подписали нескольких опытных игроков. Я объяснял президенту, что надо немножко подождать. Мы собрали команду буквально за месяц, и требовать от нее результатов сразу – несправедливо.

Интригу всему придавало существование второй воронежской команды, которая тоже позиционировала себя как проект по возрождению "Факела". Кстати, эту команду, которая тоже добилась права выступать во втором дивизионе, потом со скандалом сняли с чемпионата.
Начали чемпионат мы очень тяжело. Плелись где-то на 7-8 местах. Ждали лета, дозаявочного периода. Но в какой-то момент меня отодвинули от команды. В летний перерыв между кругами я с ней не работал. Потом меня вернули, потому что у их кандидата ничего не получилось. Президент "ФСА", конечно, своеобразный мужик, потом я в этом лишний раз убедился.

По итогам сезона мы заняли первое место. Более того, выиграли финальную пульку, проводившуюся среди всех победителей зон третьей лиги. В межсезонье я спросил у президента клуба, есть ли у него деньги на вторую лигу. Он сказал, что деньги найдет. "Хорошо, – говорю я ему, – чего мы ждем от сезона во второй лиге?" "Только выхода в первый дивизион. Ты веришь в то, что мы сможем?" – спрашивает он. "Я тоже максималист. Но нам будет очень тяжело. Крайне тяжело" – говорю.

В итоге произошло то, что происходит с теми, кто необоснованно хочет всего и сразу. В современном российском футболе такое бывает очень часто. В ходе подготовки к сезону президент начал говорить, кто должен выходить в основном составе и какая тактика у нас должна быть. Чемпионат мы начинали двумя играми на выезде. Предшествовала этому громкая кампания на телевидении, в прессе, на местных сайтах. На всех углах говорилось, что мы должны играть в первой лиге и пройти в Кубке России до стадии, позволяющей принять участие в Кубке УЕФА. Игроки прочли, услышали об этом и с удивлением меня спрашивают: "Бекыч, как это все понимать? Нам не платят третий месяц зарплату, а мы уже в первой лиге". "Я сам ничего не понимаю, – говорю. – Давайте будем работать. Мы ничего, кроме футбола, не умеем. А там, куда выведет кривая, туда и выведет". Ну и вывела. Первую игру в Тамбове сыграли на 0:0 – нормальный результат для новичка. Вторую игру проиграли в Рязани 0:1, пропустив на 85-й минуте со стандарта. И в Кубке России уступили 1:4 "Факелу-Воронежу". За день до этой игры президент сообщил прессе, что "это последняя игра Магдиева, если он не выиграет". И после этого матча мы расстались. Позже вскрылось, – мне спортивный директор "ФСА" об этом рассказал, – что под нашу кубковую встречу "Факелом" были задействованы большие деньги плюс кто-то, возможно, "сплавлял" меня. Но факт остается фактом: через два тура после начала сезона я был уволен.

После некоторого перерыва вы вновь вернулись к тренерской профессии, получив приглашение от "Дагдизеля". Как вам работается в этой команде?
– В "ФСА" я был главным тренером, а в "Дагдизеле" помогаю Эмину Агаеву. Мы оба молоды, полны амбиций и желания работать. Это нас объединяет и способствует хорошему взаимопониманию. Работаем с удовольствием. Мы, хоть и недавно в "Дагдизеле", но уже чувствуем плоды нашего труда. По объективным причинам команда не смогла хорошо подготовиться к сезону, и это сказалось на начальном отрезке первенства, когда "Дагдизель" недобрал много очков. Но сейчас потихоньку ситуация улучшается. Пусть у нас пока все еще скромное положение в турнирной таблице, но команда прибавляет от матча к матчу, ребята поверили в себя и в то, что способны обыграть любого соперника. И это не может не внушать оптимизм.

Фото: Официальный сайт ФК "Спартак" (Тамбов)



Внимание!
При использовании материалов просьба указывать ссылку:
«Воронеж. Новости региона»,
а при размещении в интернете – гиперссылку на наш сайт: voronezh.region-news.info

Все новости раздела






СЕГОДНЯ24.11.2017

Пока новостей не опубликовано


ВЧЕРА23.11.2017


ПОЗАВЧЕРА22.11.2017